Пт, 16 ноября, 02:29 Пишите нам






* - Поля, обязательные для заполнения

Главная » НОВОСТИ » Экспресс-аналитика » «Валдай в Грозном»

«Валдай в Грозном»

23.09.2008 13:27

Грозный. На прошлой неделе Чеченскую Республику посетила большая группа иностранных и российских политологов и журналистов, объединенных в рамках дискуссионного клуба «Валдай». Причем, это был не рядовой пресс-тур, коим сейчас в Грозном никого не удивишь. В республику приезжали ведущие мировые политологи, которые сегодня во многом определяют информационную повестку дня на всей планете. Даже журналисты в делегации были не из числа банальных репортеров, но вполне из экспертных кругов.

Клуб «Валдай» был организован в 2004 году РИА Новости совместно с Советом по внешней и оборонной политике, газетой The Moscow News, журналами «Россия в глобальной политике» и Russia Profile. По полуофициальным данным, клуб возник как дискуссионная площадка для продвижения на запад официальной российской точки зрения на происходящее как внутри страны, так и за ее пределами. Не случайно, что основными гостями клуба из года в год становятся президенты Российской Федерации. Впрочем, от этого клуб «Валдай» не стал ручным – в него входят действительно серьезные и уважаемые в мире эксперты.

Приезд политологов в Чечню не был единственной целью «валдайцев» в этом году – он проходил в рамках широкой программы углубленного изучения проблем Кавказа. Этой же цели служил и круглый стол в Ростове, и встречи с президентами Южной Осетии и Абхазии. Чеченская Республика интересовала ведущих международных экспертов в связи с ситуацией, складывающейся на Кавказе вокруг Южной Осетии и Абхазии, а также в общем контексте российской внешней политики. Тем самым лишний раз было подчеркнуто наличие у Чеченской Республики своей собственной политической субъектности.

Фактически при анализе ситуации на Кавказе Чеченская Республика рассматривается в одном ряду пророссийских политических субъектов, позицию которых по ряду вопросов хотели бы услышать западные эксперты. Подчеркиваю – политических субъектов, не путать с российскими внутренними субъектами. Именно этим объясняется заинтересованность ведущих политологов во встрече с президентом Чеченской Республики.

Между тем, со своей стороны и руководство Чечни могло воспользоваться этой встречей для продвижения положительного имиджа республики и ее руководителя в ту или иную целевую группу, в данном случае, в западную политологическую среду. Так в итоге и произошло. Рамзан Кадыров в течение почти двух часов отвечал на любые вопросы политологов и, судя по последовавшим после завершения встречи комментариям, его усилия не были затрачены впустую. Интересно, что по мнению самих политологов, чеченский президент отвечал на вопросы «даже слишком искренне». Особенно по сравнению, например, с западными политиками.

Как бы то ни было, делегация политологов уехала из Чечни, увозя с собой достаточно сильные впечатления – и от встречи с чеченским президентом, и от увиденного в республике. Так, эксперт Германского совета по внешней политике Александр Рар откровенно признавался, что поражен увиденным в Чечне. «Город восстановлен, руин нет. Там, где нас возили, мы развалин не видели, это эффектно», – сказал он.

Между тем, на сегодняшний день экспертная оценка со стороны такого представительного клуба как «Валдай» является весьма весомым инструментом влияния на общественное мнение. Причем, едва ли не более весомым, чем новостная журналистика, поскольку преподносимые новостными агентствами факты могут быть настолько интерпретированы аналитиками, что смысл их изменится чуть ли не на противоположный. Но это уже крайний случай. В реальности политологические материалы и комментарии просто дополняют новости, более точно расставляя акценты и тем самым оказывая влияние на изменение общественного мнения по тому или иному вопросу.

Поэтому нынешний приезд политологов в Чечню, который многие в республике восприняли как рядовое событие, может оказаться куда более значимым для нас, нежели иная громкая пиар-акция, собравшая несколько десятков заголовков в ленте новостей. Экспертная оценка – «вещь» долгоиграющая и консервативная. Увиденное политологами сегодня в Чечне еще долго будет служить им материалом при оценке ситуации на Кавказе.

Потерявшийся имарат

И вновь о политических последствиях недавней войны в Южной Осетии. Сегодня хотелось бы сказать несколько слов о реакции на нее со стороны так называемого «чеченского сопротивления».

Не секрет, что все ичкерийские президенты пытались использовать Грузию в качестве союзника в противостоянии с федеральным центром. Со своей стороны и грузинское руководство не оставляло без внимания «чеченскую проблематику», но всегда действовало при этом в собственных интересах. Одно время могло показаться, что после провозглашения Имарата Кавказа уже не может быть и речи о политическом партнерстве «чеченского сопротивления» и грузинского руководства, которых теперь разделяла идеологическая пропасть. Более того. Грузия в качестве основного партнера избрала США, которых исламисты всего мира рассматривают в качестве врага номер один.

Впрочем, мы уже имели возможность отметить политическую неоднородность «чеченского сопротивления», в рамках которого как-то умудряются сосуществовать светски ориентированные «сепаратисты» и «имаратчики», гневно клеймящие все, что напоминает отход от устоев шариата. Поэтому ни у кого не вызывало сомнения, что в неожиданно разгоревшемся грузино-российском военном противостоянии симпатии Ахмеда Закаева и Ильяса Ахмадова всецело будут на стороне Грузии. Вернее, стоящих за Грузией Соединенных Штатов Америки.

Возможно, что тот же Закаев испытывает искрение симпатии к Грузии, поскольку он какое-то время пользовался гостеприимством грузинского руководства. Но в целом политическая позиция чеченских сепаратистов определяется, конечно же, не личными симпатиями и антипатиями, а суровой реальностью их собственного положения. Дело в том, что само их политическое выживание сегодня напрямую зависит от отношения к ним США и объединенной Европы. Именно поэтому занимаемая ими политическая позиция не может сколько-нибудь серьезно расходиться с консолидированной позицией Запада. И если Запад в данном случае поддержал Грузию, то и Закаев с Ахмадовым обречены сделать то же самое.

Но все гораздо запутаннее в случае с «имаратчиками». Хотя они и провозгласили создание Имарата Кавказа, но позиционируют себя как религиозную общину, не признающую даже временный союз с кем-либо из лагеря «неверных». И, прежде всего, с США, Россией и Израилем, которых они рассматривают как главных врагов всех мусульман.

Одно время могло показаться, что «имаратчики» будут неукоснительно следовать провозглашенной ими же самими идеологической платформе. Так, на сайтах чеченских джихадистов появились материалы, из которых следовало, что события вокруг Южной Осетии и Абхазии вызваны усиливающимся противостоянием между США и Россией, а грузинский, абхазский и осетинский народы просто используются ими в своих корыстных интересах. При том обе великие державы (США и Российская Федерация) оценивались как равно враждебные мусульманскому миру.

Однако уже во второй половине августа на сайте «Кавказ-центр» появилось обращение Докки Умарова, в котором формальный глава Имарата Кавказа, напрочь отбросив исламскую риторику, вдруг горячо воззвал к идеалам национально-освободительной войны всех кавказцев против России.

Конфуз получился изрядный. Столько лет было потрачено на создание образа «воинов Ислама», далеких от мирских интересов и строго следующих «по пути Аллаха», как вдруг обнаруживается, что предводитель «священного воинства» не прочь воспользоваться складывающейся политической конъюнктурой, чтобы приобрести союзников из числа откровеннейших «кафиров»! Столько лет громогласно клеймить узость и ограниченность идеологии национализма перед лицом всемирного джихада – и вдруг заговорить языком чеченского сепаратизма ради того, чтобы обрести общую платформу с Грузией, а через нее и с «безбожным» Западом. И все это в надежде получить место в рядах возможно формирующейся антироссийской коалиции.

Политическая цель, которую попытался достигнуть своим неожиданным заявлением Докка Умаров, совершенно очевидна. Заговорив об общем кавказском доме и братстве всех кавказских народов без различия вероисповедания, он рассчитывал установить прямые контакты с грузинским руководством и через него обрести поддержку Запада.

Но подобная позиция, занятая главой Имарата Кавказа граничит с идеологическим предательством, поскольку означает полный отказ от провозглашаемых им же ранее принципов. Не говоря уже о том, какое жестокое разочарование должны были испытать все те, кто видел в Имарате Кавказе реальное воплощение принципов как бы «чистого Ислама», стоящего выше всяких политических интересов.

В данном случае Докка Умаров, много лет пестовавший образ исламского фанатика, поступил как убежденный прагматик, готовый воспользоваться любой представившейся возможностью для достижения своей цели. Иными словами, он наглядно продемонстрировал то, о чем постоянно предупреждало руководство Чеченской Республики – под личиной как бы «воинов Ислама» действуют лицемеры, думающие только о своих собственных интересах.

Метаморфоза, произошедшая с Имаратом Кавказа, не осталась незамеченной. Недаром в одном из комментариев его уже назвали «Имаратом, потерявшимся между кафирами».

Между тем, прожженный прагматик Докка Умаров оказался из рук вон плохим политиком и совершенное им идеологическое предательство не принесет ему ожидаемых политических выгод. Он не учел одного обстоятельства, очевидного для всех – нынешнему руководству Грузии во главе с президентом Михаилом Саакашвили, позиционирующему себя в качестве убежденных сторонников западной демократии, союз с Имаратом Кавказа не только не нужен, но и вреден.

И в самом деле, что подумают простые американцы, увидев Михаила Саакашвили в одной кампании с человеком, открыто провозглашавшим Усаму Бен Ладена своим кумиром?

К тому же Михаил Саакашвили - убежденный грузинский националист, мечтающий о величии Грузии. Что он может предложить Докке Умарову? И потом, в Тбилиси хорошо помнят весомый «вклад» чеченских полевых командиров в неудачный для Грузии исход войны в Абхазии в начале 90-х годов прошлого века.

Таким образом, демарш Докки Умарова заведомо не принесет ему никакой политической выгоды, а вот имидж «борца за веру» оказался изрядно подмоченным. Но это, как говорится, уже его собственные проблемы…

Футбол и политика

На прошлой неделе «Терек» проиграл питерскому «Зениту» в Махачкале. Эта встреча должна была состояться в Грозном, где у нашей команды было бы серьезное психологическое преимущество, но грозненский стадион оказался дисквалифицирован на одну игру.

Дисквалификация произошла после встречи «Терека» с московским «Локомотивом», в которой грозненцы победили, а главный арбитр после матча заявил, что на него в Грозном было оказано давление и что он, якобы, подвергся нападению в подтрибунном помещении. После этого дисциплинарный комитет РФС вынес решение о дисквалификации стадиона в Грозном на один матч с формулировкой «за невозможность обеспечить безопасность судейства на домашней игре».

Сделано это было вопреки здравому смыслу – ну зачем болельщикам выигравшей стороны бить судью после победного матча?

Между тем, дисквалификация могла случиться еще в одном случае – главный тренер «Локомотива» Рашид Рахимов, всю игру возмущавшийся действиями судей, после окончания матча выскочил на поле, где вначале набросился на рефери, а затем вступил в драку с милиционерами. Как это ни парадоксально, но за такое поведение тренера чужой команды также мог пострадать ни в чем не повинный грозненский стадион. И все по той же формулировке – «за невозможность обеспечить безопасность судейства на домашней игре».

Интересно, что одной дисквалификацией неприятности грозненского «Терека» не ограничились – в РФС поступило письмо от коллегии арбитров, которые заявили, что не хотят играть в Грозном – и снова по причине того, что в чеченской столице они не чувствуют себя в безопасности.

Почему мы так подробно все это расписываем? Вовсе не для того, чтобы подчеркнуть, как давят и обижают нашу команду. В современном профессиональном спорте для достижения победы порой используются все способы, вплоть до самых сомнительных. Но в данном случае мы хотим поговорить не об этом. В случае с грозненским «Тереком», скорее, речь идет о политике, которая использует футбол в качестве инструмента для достижения нужного кое-кому результата.

В этом смысле сразу же обращает на себя внимание решение РФС о дисквалификации грозненского стадиона именно на одну игру. Оно не просто мягкое, – оно прямо нарушает правила дисциплинарной комиссии, согласно которым минимальным наказанием является дисквалификация стадиона на пять встреч. Почему же в данном конкретном случае решение принималось вопреки всем утвержденным правилам? И тут открывается широкий простор для конспирологических предположений.

Во-первых, можно предположить, что РФС важен был именно следующий матч – с «Зенитом». Питерцы по какой-то причине крайне болезненно относились к перспективе игры в Грозном. Вплоть до того, что собирались приехать в Чечню со своим питерским ОМОНом, который должен был обеспечивать безопасность команды. Это был бы вообще беспрецедентный случай, и в итоге дисквалификация грозненского стадиона на один матч позволила избежать его. Ну а питерцы благополучно были избавлены от необходимости играть в Грозном, провели матч в Махачкале и победили с крупным счетом.

Во-вторых, собственный интерес мог быть и у тренера «Локомотива» Рахимова. Его, мягко говоря, неадекватное поведение на протяжении всего матча, трудно объяснить тем, что у наставника железнодорожников просто сдали нервы. Ведь в том случае, если бы в ответ на его вызывающее поведение, инспектор матча остановил игру или аннулировал ее результат, – «Локомотив» получал возможность переиграть встречу, которая могла бы в итоге закончиться уже в пользу москвичей, а не грозненцев.

Интересно, что реализация подобных идей представляется возможной только в Грозном. Но вовсе не потому, что в чеченской столице все так ужасно. С начала чемпионата на грозненском стадионе не было отмечено ни одного серьезного инцидента, в то время как на других стадионах мы видели и горящие трибуны, и слышали фанатские лозунги, за скандирование которых следовало бы привлекать к уголовной ответственности за разжигание межнациональной розни. И, тем не менее, ни один из указанных стадион еще не был дисквалифицирован за действия своих болельщиков – но максимальным наказанием там оказывался лишь штраф.

В Грозном же при полном отсутствии агрессивных действий со стороны наших болельщиков, вопрос безопасности команды гостей и ее болельщиков становится предметом откровенной спекуляции по той только причине, что по-прежнему эксплуатируются «страшилки» о Чечне – якобы у нас все ходят с оружием, убивают приезжих и побивают камнями болельщиков чужих команд. Вот и пользуются этими мифами спортивные функционеры, чтобы добиться преимущества для своих клубов.

И вот, что еще интересно. Про грозненский «Терек» его недоброжелатели или конспирологи любят повторять, что наша команда создана не для игры в футбол, а исключительно в качестве пиар-проекта, призванного наглядно демонстрировать стабильность в Чеченской Республике. Но в целом успешное выступление «Терека» в чемпионате России, а также противоречащая всякой логике дисквалификация грозненского стадиона на один матч убедительно доказывают, что политику в спорт привносит не руководство Чеченской Республики, а совсем другие люди.

Что мы можем противопоставить такому отношению к нашей команде? Привлечь к ее защите наших политиков, так сказать, осуществить на практике принцип «Рамзан Кадыров позвонит и все решит»? – как это предлагают некоторые недалекие болельщики на Интернет-форумах?

Как раз этого делать нельзя ни в коем случае. Футбол – это спорт, это должно быть честное соревнование. Только в этом случае он будет попутно приносить и какие-то политические дивиденды. Но вот если в спорт приходит политика, то о честном соревновании приходится забыть, как и о серьезных политических выгодах от него.

62

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите: Ctrl+Enter