Пт, 18 августа, 08:02 Пишите нам






* - Поля, обязательные для заполнения

Главная » НОВОСТИ » Аналитика » Слово о делегате XVII съезда КПРФ

Слово о делегате XVII съезда КПРФ

19.06.2017 17:47

Время, вперед!

По воле судьбы Хасмагомед Дениев стал свидетелем эпохальных событий, предопределивших дальнейшую жизнь многих народов и государств. Катаклизмы, обрушившиеся на его Родину на стыке тысячелетий, привели к потрясением, отголоски которых ощущаются и сегодня. Ему довелось пережить трагедию собственного народа и выстоять вместе с ним.

Он родился в 1947 году в Казахстане, в семье скромного сельского труженика, предки которого являются выходцами из Веденского района, в годы депортации чеченцев. И он, мальчишка, на которого уже при рождении был нацеплен зловещий ярлык «враг народа», доказал свою преданность Родине, своему народу, сделав головокружительную карьеру от комсомольского активиста до помощника первого партийного лица республики.

На его глазах произошло крушение великой державы под названием СССР, последствия которого привели к кровавым военным действиям в республике. Во время штурма Грозного федеральными войсками, он, как и все его жители, чеченцы, русские, армяне, люди разных национальностей, на себе испытал «прелести» контртеррористической операции, вместе со всеми выходил из окруженного города, голодал и рисковал жизнью.

В годы правления Дудаева его, занимавшего высокую должность в кабинете министров, бросали в застенки и обвиняли в служении Москве. Он прошел через ужасы фильтрационного лагеря в Моздоке, когда по ложному доносу его арестовали уже федеральные войска, обвинив в сотрудничестве с дудаевским правительством. Его дважды ставили к стенке. Но судьба смилостивилась над ним своеобразно – перенеся все тяжести ссылки, он стал свидетелем уничтожения своего народа. И он, человек чести, сделал все, что в его силах, чтобы прекратить это кровопролитие. В период жестоких испытаний, выпавших на долю чеченского народа, он встретил Ахмата-Хаджи Кадырова, благодаря которому удалось остановить войну.

В своей жизни он выделяет три главных события - комсомол и партия, война и встреча с Ахматом-Хаджи Кадыровым.

Комсомол дал ему, чеченцу, возможность благодаря упорному труду и недюжинным способностям достичь партийных высот, о которых в советское время можно было только мечтать.

Война заставила его по-новому взглянуть на многие, казавшиеся прописными, истины, на себе ощутить ее беспощадность, пережить гибель родных и близких, понять глубину трагедии, в которой оказался чеченский народ. Встреча с Ахматом-Хаджи Кадыровым, взвалившего на свои плечи всю тяжесть ответственности национального лидера за свой народ, позволила ему, отчаявшемуся найти выход из тупика, поверить в мир на многострадальной чеченской земле и сделать все для его приближения.

Хасмагомед Дениев – человек, готовый отдать всего себя без остатка нашей Великой Родине – России. Он одержим одной целью - чтобы время, отмеренное ему Всевышним, работало на пользу: стране, обществу, своему народу, потомкам. Он из тех людей, кто готов спорить со временем, забыв о возрасте, ради дела. И потому любит повторять: «Время – вперед!».

Он – бывший делегат XVII съезда ВЛКСМ в 1974 году, и о нем в дни съезда писала газета «Правда» в информационных материалах об этом сьезде . В этом, 2017 году (44 года спустя), он избран делегатом от Чеченской Республики уже XVII съезда КПРФ. Буквально на днях «за многолетнюю плодотворную общественно-политическую деятельность по пропаганде коммунистических ценностей и в связи с 70 - летием со дня рождения» делегат награжден Почетной Грамотой ЦК КПРФ за подписью Председателя ЦК КПРФ Г. Зюганова. И этот рассказ Хамагомеда Дениева - о себе и своей жизни.

В комсомол – всем классом

Помню, наш класс, известный в школе своими успехами, в полном составе решил вступить в комсомол. Я был старостой класса, как тогда говорили, активистом, и горячо поддержал эту идею. Поверьте, это был общий порыв, веление сердца, качества, на которые тогда так была богата страна. Довольные своим решением, мы, ученики, немедленно поделились им с нашим классным руководителем. Но Лилия Анатольевна Истомина, учительница математики и физики, охладила наш пыл.

- Нет, так не пойдет, - удивила она нас. – Давайте лучше определимся, кто в первую очередь достоин из всего класса вступить в ряды ВЛКСМ.

И она назвала имена четырех лучших учеников, достойных, по ее мнению, называться комсомольцами в первую очередь: Валентину Щурыгину, Виктора Иванова, третьего не помню. К моему огромному изумлению, среди названых ею учеников оказалась и моя фамилия.

- А почему Дениев?- спросили некоторые из моих одноклассников. - Ведь он же не отличник.

- Все верно, - ответила Лилия Анатольевна,- но зато он очень надежный друг и не бросает слов на ветер. Разве этого мало?

Действительно, класс наш был очень дружным. Особенно сплоченной была наша пятерка закадычных друзей - Виктор Иванов, Саша Абросимов, Шурик Радчук, Ленька Федулов и я, потом Рушан Бекаев. Эта наша дружба продолжается и по сей день. Правда, с некоторой оговоркой – некоторых из них, увы, уже нет в живых. Но с моим лучшим другом Виктором Ивановым мы дружим уже более 55 лет. Не могу не сказать несколько слов о его родителях, маме, Марии Тихоновне, отце, дяде Коле, для которых я стал членом их семьи. А Витя, в свою очередь, стал моим братом в нашей семье, его так и представила моим родным моя мама, Асият Закаевна.

До сих пор с теплотой вспоминаю своих учителей Семена Артемьевича Подгорнова, Марию Ильиничну Штомпель, Галину Михайловну Игнатьеву, Таисию Федоровну Ярковенко, Тамару Михайловну Морозову, Зинаиду Георгиевну Карпенко и Лилию Анатольевну Истомину. Благодаря их труду и терпению я получил «путевку в жизнь».

Желание вступить в комсомол и немедленно совершать грандиозные дела, которые ставила страна перед молодежью, были просто неуемными. И, вопреки всему, мы все-таки всем нашим 8-м классом решили вступить в комсомол. По уставу комсомола, одна из двух рекомендаций вступающему в ВЛКСМ давалась Советом пионерской дружины школы.

И вот началось заседание, на котором решалась наша судьба. Первым стали рассматривать заявление одного из отличников из параллельного класса. Но обсуждения кандидатуры не получилось. По предложению старшей пионервожатой школы его кандидатуру сразу же рекомендовали для вступления в ряды комсомола. Зато для остальных по предложению все той же пионервожатой процедура обсуждения стала обязательной. Дошла очередь и до меня.

- А теперь обсудим кандидатуру Х. Дениева, - сказала председательствующая на заседании старшая пионервожатая.

Такая несправедливость при отборе кандидатур в комсомол не только задела меня, но и оскорбила.

Я встал и высказал свое категорическое несогласие с такой предвзятостью.

- Я не согласен, что меня станут обсуждать, а кого-то рекомендуют без всяких условий, без учета моего мнения и мнения других учеников. Это нечестно. И пока вы у нас будете старшей пионервожатой, я вступать в комсомол не стану.

Этот мой поступок на заседания Совета пионерской дружины школы, ставший ЧП, затем стал предметом обсуждения на заседании педагогического коллектива школы. Некоторые учителя бросились уговаривать меня изменить свое решение. Но я свое слово, несмотря на такое давление, сдержал, и вступил в ряды ВЛКСМ только после того, как эта пионервожатая ушла из нашей школы. Так я стал комсомольцем.

С самого раннего детства я мечтал стать военным летчиком. Родители, узнав об этом, всячески стали отговаривать меня от такого выбора. Видя такой настрой родителей, после окончания десятилетки я подал документы на нефтепромысловый факультет Грозненского нефтяного института.

Два вступительных экзамена были сданы, когда совершенно случайно от одного знакомого, работавшего в военном комиссариате республики и знавшего о моей сокровенной мечте, проведал, что на следующий день утром на службу в одну из авиачастей направляется группа призывников. Знакомый объяснил мне, что, находясь на службе, я смогу поступить в военное летное училище. Мысль, что заветная мечта может осуществиться, буквально захлестнула меня всего без остатка. Придя домой, я решительно сказал отцу, что меня забирают в армию и отправка завтра утром.

Эта новость буквально сразила отца. Но надо отдать ему должное, он не стал меня отговаривать от принятого мной решения.

Служба в армии началась с учебки в Свердловской области. Руководство части всегда отмечало мою дисциплинированность, умение быстро осваивать армейскую науку. Уже после завершения учебки начальник штаба нашего дивизиона Марк Авраамович Изгур взял меня к себе. Вскоре я за достигнутые воинские успехи получил повышение по службе, стал ефрейтором, а затем и младшим сержантом, меня назначили на должность командира взвода. Одновременно с этим я стал секретарем комсомольской организации подразделения, в которой состояло около 180 комсомольцев.

Наше подразделение со временем стало лучшим в полку и заняло первое место. За активную работу по воспитанию личного состава командование 27 раз объявляло мне благодарности, присвоило звание старшего сержанта. Вскоре я стал старшиной нашего дивизиона и был удостоен чести сфотографироваться у знамени войсковой части. В том же 1968 году, к 50-летию Ленинского комсомола, меня наградили Почетной грамотой ЦК ВЛКСМ, приняли в члены КПСС.

Служа в армии, я не терял надежды стать летчиком. Благодаря моей настойчивости командование дивизиона и части рекомендовало меня для поступления в военное училище. Но, увы, моей мечте так и не суждено было сбыться. Медицинская комиссия не допустила меня к учебе в летном училище. Пришлось мне забыть о небе. Но в эту трудную для меня минуту рядом оказались друзья. Заместитель командира по политчасти Николай Федорович Колтыгин посоветовал не поддаваться отчаянию, демобилизоваться и пойти на работу в комсомол.

- Обратись в комитет комсомола района, откуда призывался, - порекомендовал он мне.

Вернувшись после службы в армии домой, так и решил поступить. Но в райкоме ВЛКСМ, куда я обратился с просьбой о трудоустройстве, мне отказали, сославшись на отсутствие вакантных мест. Правда, посоветовали пойти в Грозненский горком ВЛКСМ и дали его адрес. Там и произошло мое знакомство с первым секретарем Грозненского городского комитета ВЛКСМ Павлом Николаевичем Громовым - ленинградским сиротой, вывезенным из блокадного Ленинграда по «дороге жизни» в город Ярославль в детский дом, ставшим впоследствии вторым секретарем Чечено-Ингушского обкома КПСС.

Его уже нет в живых, но он навсегда остался в моей памяти настоящим комсомольцем, человеком, готовым всегда прийти на помощь. Это был человек с большой буквы - честный, принципиальный, искренне любящий свою вторую родину - Чечено-Ингушетию, сопереживавший не только ее успехам, но и бедам, обрушившимся на нее. Многим чеченцам он дал «путевку в жизнь», помогал словом и делом, не деля людей по национальностям, а меряя их по профессионализму и порядочности.

Узнав, с какой целью я пришел к нему, он стал обзванивать районные организации города, чтобы помочь мне. Но вакантных мест в городе не оказалось. Позже, в январе 1969 года, меня приняли на должность инструктора организационного отдела Сунженского райкома комсомола. Через два года повысили - перевели на должность инструктора отдела комсомольских организаций Чечено-Ингушского обкома ВЛКСМ. Проработав в обкоме ВЛКСМ два года, в 1973 году на отчетно-выборной районной конференции меня выбрали на должность первого секретаря Грозненского районного комитета ВЛКСМ.

Не забуду свое первое поручение, которое мне дал первый секретарь Чечено-Ингушского обкома КПСС С.С. Апряткин во время утверждения моей должности на бюро обкома КПСС.

Председатель заседания С. С. Апряткин сказал:

- Вам предстоит работать в большом сельскохозяйственном районе, и поэтому в качестве партийного поручения предлагаю вам подготовить 300 механизаторов.

Это поручение было обсуждено с первым секретарем Грозненского райкома КПСС Ю.В.Сухоруковым, составлен план по подготовке 1500 механизаторов из числа молодых людей. Обучение предполагалось провести на базе колхозов и совхозов, а также средних школ района. Вскоре эти молодые люди влились в отряд механизаторов района. И на совещании в колхозе имени 1 Мая я отрапортовал:

- Уважаемый Семен Семенович, вы дали мне поручение подготовить 300 механизаторов, но фактически сегодня в средних школах и на профессиональных курсах в колхозах и совхозах эту специальность осваивают 1500 молодых специалистов.

В 1974-1976 годах в Грозненском районе было создано больше 30 комсомольско-молодежных экипажей на комбайнах, на 200 комбайнах штурвальными работали комсомольцы. В их числе один комсомольско-молодежный экипаж комбайна, укомплектованный комсомольским руководством – первым и вторым секретарями Грозненского РК ВЛКСМ – Дениевым и Серебряковым. Это был второй случай в СССР, когда экипаж составил комсомольское руководство. Мы добились тогда неплохих результатов на уборке хлеба. За успехи меня наградили медалью «За трудовое отличие».

В 1974 году меня избрали делегатом ХVII съезда ВЛКСМ. Это было очень важное событие в моей жизни. Планировалось, что я выступлю на молодежном форуме страны с докладом, который я подготовил и назывался «Об опыте работы районной комсомольской организации по мобилизации молодежи за овладение техническими специальностями». Выступить, правда, не удалось. Но съезд произвел на меня огромное впечатление. На всех главных стройках страны по-ударному трудились молодые специалисты, комсомольцы, их объединяла одна цель – сделать страну богатой и мощной. И эту силу, молодую мощь страны, ярко продемонстрировал съезд.

Работа в комсомоле стала для меня трамплином для продвижения по партийной служебной лестнице. Вскоре я стал заведующим организационным отделом, а затем и вторым секретарем Грозненского райкома КПСС. Работал инструктором отдела организационно-партийной работы, заведующим сектором отдела сельского хозяйства и пищевой промышленности, заместителем заведующего общим отделом Чечено-Ингушского обкома КПСС, помощником первых секретарей Чечено-Ингушского обкома КПСС Владимира Константиновича Фотеева и Доку Гапуровича Завгаева, председателем Чечено-Ингушского Комитета по антимонопольной политике и поддержке новых экономических структур.

Помощником первого лица республики меня выдвинул В. К. Фотеев, и я проработал на этом посту до февраля 1991 года уже с Д. Г. Завгаевым. За это время было многое сделано тогдашним руководством республики для изменения искусственно созданного образа чеченского народа как «бандита и мафиози». Вместе с Д. Г. Завгаевым я стал убежденным сторонником повышения статуса республики – провозглашения ее союзной в составе страны. Это была моя, как и всего народа, боль и мечта. Я был убежден, что если бы в 1944 году существовала Чечено-Ингушская Советская Социалистическая Республика, то ни Сталин, ни будущие руководители СССР не смогли бы ликвидировать эту союзную республику. Но история распорядилась по-своему.

Считаю, что судьбой целого народа не должен распоряжаться никто, тем более решать ее одним росчерком пера.

Распад державы

Развал такой великой державы СССР стал трагедией для всех. Прямым следствием Беловежской пущи явились события, в которую впоследствии оказалась втянутой Чечено-Ингушетия.

Полыхала в огне межнационального конфликта Фергана, начались националистические выступления в Казахской ССР, Нагорном Карабахе, а Чечено-Ингушетия оставалась самым спокойным и благополучным регионом. Здесь развивалась промышленность, сельское хозяйство, нефтедобыча и нефтепереработка.

Но врагов чечено-ингушского народа, это мое твердое мнение, весь этот позитив просто не интересовал. Им надо было показать, что бандиты и преступники не перевелись в Чечено-Ингушетии. Тогда и началось раскачивание ситуации.

Причин распада Чечено-Ингушской АССР, появления на ее месте Чеченской и Ингушской Республик много. Думаю, что тем, кто привел республику к этому расколу, оценку даст будущее.

Декабрь 1994 года. Началась война, к которой так упорно подталкивал Д. Дудаев. Ее еще называют операцией по наведению конституционного порядка.

Начался штурм Грозного, словно в этом городе находился враг, а не мирное население. Никто не ожидал его, не думал, что город подвергнется варварской авиационной бомбежке. Грозный стал настоящим адом не только для тех, кто брал его штурмом, но и для тех, кто остался в нем, искренне веря в людское благоразумие.

Новый 1995 год я встретил в подвале под оглушительную канонаду, свист падающих бомб и снарядов, грохот автоматных очередей, как и все жители Грозного, оставшиеся в нем.

Затем из-за доноса попал в фильтрационный лагерь, познал все его прелести. За 9 дней нахождение в нем потерял более 13 кг в весе. Дважды был приговорен к смерти, и лишь благодаря людям, которые меня знали, не был расстрелян.

Освобождение из фильтрационного лагеря в Моздоке совпало с предложением работать в Правительстве Национального возрождения ЧР под руководством С. Н. Хаджиева. Мне были предложены должности на выбор. Я же ответил, что согласен только на ту, с которой ушел в 1991 году – председателя Госкомитета по антимонопольной политике и поддержке новых экономических структур. Это было мое детище.

Полтора года после начала первой войны вплоть до августа 1996 года были временем несбывшихся надежд и предательства, причем, предательства на высшем уровне, когда говорилось одно, а делалось другое.

Затем произошло подписание Хасав-Юртовского соглашения. И здесь, на очередном витке чеченской истории, чеченская интеллигенция, вопреки всей логике событий, вновь осталась на обочине происходящего. Ее просто предали и отторгли от переговорного процесса.

В 1996 году я вошел в состав коалиционного правительства от оппозиции и проработал в нем до весны 1997 года.

Но даже тот факт, что я состоял в правительстве, не спасло меня от «бизнеса на крови». Меня несколько раз похищали и помещали в подвал так называемого Департамента государственной безопасности Ичкерии.

Пошли вызовы в ДГБ, в шариатскую безопасность Ичкерии, доносы. Возникла опасность в очередной раз попасть в застенки ДГБ. Поэтому я на отцовские деньги купил билет и уехал в Москву.

Благодаря бывшему члену Правительства ЧИАССР, заместителю председателя правительства Н. И. Айдинову устроился на работу к бывшему замминистра сельского хозяйства республики Мансуру Джунидовичу Магомадову. Я искренне благодарен им всем за участие в моей судьбе.

Тем временем республика все больше и больше увязала в братоубийственной войне. Но, как говорится, «пришла беда – отворяй ворота». В регион на волне всего этого сумасшествия хлынул поток «бойцов» уже с новой идеологией – ваххабизмом. Затем началась вторая военная кампания.

В этой ситуации для меня со всей остротой стал вопрос: «Что делать?». Воевать до последнего чеченца, чтобы только по легендам вспоминали, что когда-то существовал такой чеченский народ, отличавшийся храбростью и мужеством, погибший за мнимые «свободу и независимость»?

И ответ на этот казавшийся мне неразрешимым вопрос в этот тяжелейший период дал новый чеченский лидер – Ахмат-Хаджи Кадыров.

Выбор есть

В Чечне шла полномасштабная война, которая не щадила никого: ни детей, ни женщин, ни стариков. Радио, телевидение, печатные СМИ день и ночь передавали сообщения о новых терактах, боях и жертвах.

Вместе с этим широко обсуждался вопрос о назначении Главой Чеченской Республики муфтия ЧР Ахмата-Хаджи Кадырова. Мнения диаметрально разделились на ярых противников его назначения и людей, у которых затеплилась надежда. Указ Президента Российской Федерации В.В. Путина о назначении Главой Республики Ахмат-Хаджи Кадырова расколол не только Чечню, но и Кремль, федеральные структуры.

Многие думали, одни со снисходительной улыбкой, другие со злорадством: «Что сможет сделать он, муфтий, человек, никогда не работавший в политических эшелонах власти, не знакомый с политикой, административной и хозяйственной работой?».

И вот в такой ситуации мне предложили: «Не возглавишь ли Аппарат Администрации в ранге заместителя Главы республики?». Я опешил от такого предложения, не зная, что ответить. Предложение прозвучало серьезно, и, поняв, что я колеблюсь с ответом, сразу предложили: «Ты с ним не знаком, встреться, поговори, а там решишь, принять предложение или нет».

Это было разумно. Я сказал, что готов встретиться. И в первый же приезд Ахмата-Хаджи в Москву состоялась наша встреча в гостинице «Президент-Отель».

Меня встретил высокий, статный человек в папахе, в светском костюме, с четками в руках, с пронзительным взглядом, не только изучающим, но и стремящимся заглянуть в самое сердце, в твои мысли.

После приветствия, усевшись, молча изучали друг друга. Затянувшееся молчание прервал Ахмат-Хаджи: «Я знаю о тебе многое, мне рассказали. Знаю, что был на комсомольской, партийной работе, в структурах Правительства ЧИАССР и Чеченской Республики, имеешь богатый опыт, патриот республики и, говорят, очень хороший организатор, аппаратчик...»

Разговор сразу зашел о республике, о ее проблемах и перспективах. В голосе нового лидера чувствовались глубокая озабоченность и вместе с тем твердая вера в будущее чеченского народа.

Чем больше сидел я рядом с ним и слушал его, моя настороженность, мои сомнения исчезали, и я с удивлением почувствовал, что все больше и больше проникаюсь симпатией к этому человеку.

Его манера вести неторопливый разговор, четкая чеканка слов, вера и убежденность в правильности принятого им решения возглавить республику развеяли в моем сознании его образ, созданный в СМИ России и в самой республике.

Я видел совсем другого человека, действительно обеспокоенного судьбой своего народа, его бедами и тяготами, его будущим, человека, пережившего многое и не случайно сделавшего свой выбор. В конце беседы он сказал: «Я не хочу, чтобы через каждые 50 лет нас вновь и вновь уничтожали. Сегодня мне нужны настоящие и очень надежные соратники и профессионалы, которые будут разделять мои взгляды и бороться за прекращение войны, за счастливое будущее без войн для чеченского народа».

И я понял, что с ним пойду до конца.

13 сентября 2000 г. указом №161 А.-Х. Кадырова меня назначили на должность Руководителя Аппарата Администрации – заместителя Главы Администрации Чеченской Республики.

Главная беда Чеченской Республики того периода – это «зачистки». Мало кто знает, что Ахмат-Хаджи спас от «зачисток» и уничтожения сотни сел и населенных пунктов. На совещаниях с руководителями ОГВ(с) (Объединенной группировки войск на Северном Кавказе ) он, не стесняясь в выражениях, отстаивал интересы мирных жителей, заставлял генералов, обращаясь вплоть до В.В. Путина, Президента России, вести себя на территории Чеченской Республики как в субъекте Российской Федерации, а не на вражеской территории.

«Я пришел не остановить войну, а покончить с ней раз и навсегда», – говорил Ахмат-Хаджи. Слова подтверждались делами. Все меньше становилось терактов, военных действий, уменьшалась социальная база для возникновения новых боевиков. Десятки, сотни бывших боевиков выходили из лесов, спускались с гор, становясь рядом с Ахматом-Хаджи, чтобы не участвовать в братоубийственной войне. И это была его повседневная работа.

После многочисленных заявлений глав администраций, простых жителей о беспределе федеральных сил, ночных артобстрелах по мирным жителям, минах-растяжках, расставленных вокруг сел, на которых гибнут дети, Ахмат-Хаджи Кадыров потребовал и добился через ЮФО и Москву, чтобы на совещаниях Главы Администрации ЧР присутствовали высшие чины ОГВ(с), чтоб они лично, а не по рапортам военных, сидящих в Ханкале и в штабе ОГВ(с), могли услышать и увидеть все, что происходит в республике.

Помню, на одном из совещаний главы администраций стали жаловаться на блокпосты, которые нещадно собирали деньги с каждой машины, причем, каждый тип транспорта имел свою таксу. Ахмат-Хаджи предложил военным самим проверить этот факт, переодевшись в гражданскую форму.

После такого предложения Ахмата-Хаджи комендант ЧР генерал Иван Бабичев лично проехал по дорогам республики и убедился в его правоте, а затем были приняты меры по пресечению взяточничества на блокпостах.

Решение проблем на месте, оперативная информация и связь с Администрацией Президента и Правительством РФ, четкость и своевременность предпринимаемых действий, эффективность функционирования исполнительной власти стала приносить результаты. Администрация главы республики и Аппарат стали настоящим штабом в решении политических и хозяйственных задач республики. Высшей оценкой деятельности Аппарата Главы Администрации ЧР в тот период были слова, сказанные заместителем Полномочного Представителя Президента РФ в ЮФО, генералом Николаем Бритвиным: «Я благодарю Вас, Ахмат, за создание Аппарата в такой короткий срок».

Поблагодарили нас за создание Аппарата и его организационную работу в экстремальных условиях и из Администраций Президента и Правительства Российской Федерации.

Правильно и емко о нем сказал В.В. Путин: «Это был настоящий героический человек. Всей своей деятельностью он самым убедительным образом доказывал, что нет и не может быть никакого знака равенства между бандитами, террористами и целым народом. Практически все эти годы он собой прикрывал и Чечню, и чеченцев, уверенно вел свою республику к мирной жизни...»

Когда речь заходит о роли Ахмата-Хаджи Кадырова в жизни чеченского общества, хотелось бы, чтобы помнили о тех населенных пунктах и городах республики, которые он уберег от боевых действий, не забывали о десятках, сотнях тысячах спасенных им жизнях. Помнили о мире, который он вернул на чеченскую землю, о том, что он изменил имидж чеченца не только в глазах России, но и всего мира.

Во всем этом несомненная заслуга Ахмата-Хаджи Кадырова.

Его дела оценит история. Это была личность, которая, вне всякого сомнения, вошла в историю чеченского народа и России.

Для меня главное одно – я до конца был и остаюсь верным соратником Ахмата-Хаджи Кадырова в его повседневной работе, в прекращении войны.

«Ахмат-Хаджи Кадыров ушел из жизни 9-го мая, в день нашего общенационального праздника, в День Победы. Ушел непобежденным», – заявил 9-го мая 2004 года на встрече с сыном первого Президента Чеченской Республики Рамзаном Кадыровым Президент Российской Федерации В.В. Путин.

Смерть Ахмата-Хаджи - это и моя личная трагедия. Я потерял не только Президента Чеченской Республики. Я потерял товарища, единомышленника, соратника, который в меня верил и доверял мне в самый сложный период его жизни - в 2000-2004 годы.

Искренне благодарен судьбе, что в судьбоносный, переломный момент истории, когда стоял вопрос о том, быть или не быть чеченскому народу, когда некоторые политики в Кремле предлагали «сбросить атомную бомбу на них и решить вопрос раз и навсегда», я оказался рядом с Ахматом-Хаджи Кадыровым. Он взял на себя всю ответственность за дальнейшую судьбу своего народа.

Могу с совершенной уверенностью сказать следующее. Нет человека, кто сегодня мог бы возглавлять Чечню и сделать для нее больше, чем Рамзан Ахматович Кадыров, соратник, преданный сын первого Президента Чеченской Республики, Героя России Ахмата-Хаджи Кадырова, настоящий патриот. И только он способен воплотить в жизнь мечты и чаяния Ахмата-Хаджи, то, о чем столетиями мечтал многострадальный и героический чеченский народ.

Время, вперед!

Хасмагомед Дениев, переживший все потрясения, выпавшие на долю страны и Чеченской Республики, как настоящий патриот, уверен, что Россия обречена стать ведущей державой мира. Сила страны в единстве ее народов, людей разных национальностей и вероисповеданий, с гордостью называющих себя россиянами.

Он прав. Хасмагомед, чеченец, родом из села Харочой Веденского района, как и тысячи, миллионы таких же, как и он, граждан России и есть та сила, способная сделать страну Великой. Для этого требуется одно – трудиться и трудиться, засучив рукава, не жалея ни себя, ни время. Он готов к этому, и потому торопит время.

Он член КПРФ. Для кого-то это оказалось неожиданностью. Многим не понятно - не в правящей, а в оппозиционной партии? Понятно, кто с ним работал ранее и близким, для которых он всегда оставался коммунистом. А всем непонятливым, он улыбаясь отвечает просто: «Это мое, то, к чему лежит сердце».

Таков он, коммунист Хасмагомед Дениев!

Валерий ГАЛКИН

Все права защищены. При перепечатке ссылка на сайт ИА "Грозный-информ" обязательна.

www.grozny-inform.ru
Информационное агентство "Грозный-информ"

197

Нашли ошибку в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите: Ctrl+Enter